Преступает ли п. 1 ч. 3 ст. 31 УПК РФ (потом – опротестовываемая норма), действующая редакция которого не даёт пересматривать уголовные дела в отношении дам судом присяжных, принцип, закрепленный в конституции равенства всех перед законом и судом? Ответ на этот вопрос предстоит течь КС РФ. Предлогом для ревизии конституционности опротестовываемой нормы стала претензия гражданки А.С. Лымарь, обвиняемой в убиении малолетнего малыша (п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ), которой было отказано в разбирательстве ее дела судом присяжных. Совещание КС РФ, в ходе которого была рассмотрена данная претензия, состоялось день назад.
На текущий момент с участием присяжных заседателей по ходатайству обвиняемого рассматриваются дела, отнесенные к подсудности областных и одинаковых им по уровню судов (п. 2 ч. 2 ст. 30 УПК РФ). Эти категории дел и перечислены в опротестовываемой норме. В 2013 году из подсудности областных и одинаковых им по уровню судов были исключены дела, по которым в качестве в наивысшей степени строгого вида наказания не в состоянии быть избраны пожизненное лишение свободы либо расстрел (закон от 23 июля 2013 г. № 217-ФЗ). Сейчас они относятся к подсудности судов общей юрисдикции. Фактически указанное перераспределение подсудности послужило причиной к тому, что право на рассмотрение дел с участием присяжных заседателей потеряли дамы, не достигшие совершеннолетия лица и мужчины, достигшие к моменту вынесения судом приговора суда 65-летнего возраста, потому, что им, соответственно УК РФ, не может быть избрано ни пожизненное лишение свободы, ни расстрел (ч. 2 ст. ст. 57, ч. 2 ст. 59 УК РФ). Обратившаяся в КС РФ гражданка А.С. Лымарь уверен в том, что использование опротестовываемой нормы в таковой редакции ведет к нарушению принципа, закрепленного в конституции равенства всех перед законом и судом и к дискриминации по половому показателю.
Стоит подчернуть, что конституционность опротестовываемой нормы уже проверялась КС РФ по претензии не достигшего совершеннолетия гражданина, которому аналогичным образом было отказано в разбирательстве его дела судом присяжных (Распоряжение КС Российской Федерации от 20 мая 2014 г. № 16-П "По делу о ревизии конституционности пункта 1 части третьей статьи 31 Уголовного кодекса РФ в связи с претензией гражданина В.А. Филимонова"; потом – Распоряжение № 16-П). Суд постановил, что, потому, что право обвиняемого на разбирательство его дела судом с участием присяжных заседателей является не смотря на то, что и особенной, но не исключительной гарантией обеспечения ему действенной защиты суда, выведение части уголовных дел из подсудности этого суда в связи с невозможностью избрания виноватым в наивысшей степени строгой меры наказания (смертной казни, номинально сохраняющейся для некоторых правонарушений, либо пожи
На текущий момент с участием присяжных заседателей по ходатайству обвиняемого рассматриваются дела, отнесенные к подсудности областных и одинаковых им по уровню судов (п. 2 ч. 2 ст. 30 УПК РФ). Эти категории дел и перечислены в опротестовываемой норме. В 2013 году из подсудности областных и одинаковых им по уровню судов были исключены дела, по которым в качестве в наивысшей степени строгого вида наказания не в состоянии быть избраны пожизненное лишение свободы либо расстрел (закон от 23 июля 2013 г. № 217-ФЗ). Сейчас они относятся к подсудности судов общей юрисдикции. Фактически указанное перераспределение подсудности послужило причиной к тому, что право на рассмотрение дел с участием присяжных заседателей потеряли дамы, не достигшие совершеннолетия лица и мужчины, достигшие к моменту вынесения судом приговора суда 65-летнего возраста, потому, что им, соответственно УК РФ, не может быть избрано ни пожизненное лишение свободы, ни расстрел (ч. 2 ст. ст. 57, ч. 2 ст. 59 УК РФ). Обратившаяся в КС РФ гражданка А.С. Лымарь уверен в том, что использование опротестовываемой нормы в таковой редакции ведет к нарушению принципа, закрепленного в конституции равенства всех перед законом и судом и к дискриминации по половому показателю.
Стоит подчернуть, что конституционность опротестовываемой нормы уже проверялась КС РФ по претензии не достигшего совершеннолетия гражданина, которому аналогичным образом было отказано в разбирательстве его дела судом присяжных (Распоряжение КС Российской Федерации от 20 мая 2014 г. № 16-П "По делу о ревизии конституционности пункта 1 части третьей статьи 31 Уголовного кодекса РФ в связи с претензией гражданина В.А. Филимонова"; потом – Распоряжение № 16-П). Суд постановил, что, потому, что право обвиняемого на разбирательство его дела судом с участием присяжных заседателей является не смотря на то, что и особенной, но не исключительной гарантией обеспечения ему действенной защиты суда, выведение части уголовных дел из подсудности этого суда в связи с невозможностью избрания виноватым в наивысшей степени строгой меры наказания (смертной казни, номинально сохраняющейся для некоторых правонарушений, либо пожи
